STEVE VAI в рамках недавнего интервью рассказал о том, какое влияние на него оказал покойный лидер VAN HALEN:
«Я не похож на обычного фаната Эдварда в том, что он произвёл на меня какой-то эффект. Для фанатов Эдварда, которых он по-настоящему тронул, это необъяснимо, наверное; вы можете попытаться использовать слова, но это не сработает. Так происходит со многими вещами.
У меня другая позиция, да, можно сказать, что я заменил гитару на голос, но для меня это просто академизм. Если говорить о том, как я отношусь к Эдварду и скорблю о его потере, то я такой же фанат, как и все остальные, и я чувствую то же, что и они. Но я знаю, так же, как и многие другие, что всё в этом мире приходит и уходит, приходит и уходит, приходит и уходит. И если что-то не уходит, это означает только то, что вы ушли раньше этого. И мы просто не знаем, когда это произойдёт. Так что именно это помогает мне пережить потерю, потому что она обязательно случится.
Но это была прекрасная, чудесная, удивительная карьера, и он так много всего сделал. У него была отличная жизнь. Не то чтобы он умер в 27 лет. И мы не хотим, чтобы такие люди [уходили]; мы хотим выжать из них каждую ноту. [Смеётся].
Для меня было большой честью играть его партии. Если вы гитарист и поклонник этой группы, вы знаете, что это одни из самых крутых гитарных партий, написанных в рок-н-ролле, потому что они похожи на идеальные маленькие аранжировки; они так хорошо ложатся на руку. Они никогда не будут звучать как Эдвард, но это отличные песни для игры на гитаре, потому что они завершённые. И ты растёшь как исполнитель. Особенно в том положении, в котором я находился, когда я играл его партии для его поклонников, поэтому я должен был с глубоким уважением относиться к этим партиям, и при этом я открыл для себя действительно великолепное исполнение, потому что нужно сосредоточиться; это должно улучшить твою игру. Так что мне очень повезло со всем этим».
«Я не похож на обычного фаната Эдварда в том, что он произвёл на меня какой-то эффект. Для фанатов Эдварда, которых он по-настоящему тронул, это необъяснимо, наверное; вы можете попытаться использовать слова, но это не сработает. Так происходит со многими вещами.
У меня другая позиция, да, можно сказать, что я заменил гитару на голос, но для меня это просто академизм. Если говорить о том, как я отношусь к Эдварду и скорблю о его потере, то я такой же фанат, как и все остальные, и я чувствую то же, что и они. Но я знаю, так же, как и многие другие, что всё в этом мире приходит и уходит, приходит и уходит, приходит и уходит. И если что-то не уходит, это означает только то, что вы ушли раньше этого. И мы просто не знаем, когда это произойдёт. Так что именно это помогает мне пережить потерю, потому что она обязательно случится.
Но это была прекрасная, чудесная, удивительная карьера, и он так много всего сделал. У него была отличная жизнь. Не то чтобы он умер в 27 лет. И мы не хотим, чтобы такие люди [уходили]; мы хотим выжать из них каждую ноту. [Смеётся].
Для меня было большой честью играть его партии. Если вы гитарист и поклонник этой группы, вы знаете, что это одни из самых крутых гитарных партий, написанных в рок-н-ролле, потому что они похожи на идеальные маленькие аранжировки; они так хорошо ложатся на руку. Они никогда не будут звучать как Эдвард, но это отличные песни для игры на гитаре, потому что они завершённые. И ты растёшь как исполнитель. Особенно в том положении, в котором я находился, когда я играл его партии для его поклонников, поэтому я должен был с глубоким уважением относиться к этим партиям, и при этом я открыл для себя действительно великолепное исполнение, потому что нужно сосредоточиться; это должно улучшить твою игру. Так что мне очень повезло со всем этим».
![=]](/img/news-bord-shr.gif){kind=small}
